Надо идти к осознанию цели нами и ребенком...
Девятимесячный Коля* появился в нашем
Центре более года назад. Всё это время он шесть дней в неделю трудится в
нашем детском тренажерном зале вместе со своей няней и инструктором Артемом.
NEW! Ура! Коля начал самостоятельно ходить. Видео (1,8 Мб)
Рассказывает няня Коли.
Когда мы пришли в этот центр, Коле было 9 месяцев,
но он не сидел, не пытался вставать и не переворачивался. До этого мы обращались
ко многим врачам, но диагноза нам так и не поставили. Назначали мочегонные
препараты, поскольку у мальчика был отек мозга и 2 кисты: была родовая
травма при кесаревом сечении, хотя оно и было плановое, в связи с узким
тазом и врачи обещали, что никаких проблем не будет. Коле назначали различные
препараты, кололи уколы, но от них мы вскоре отказались, поскольку никаких
улучшений не было. Обещали, что ребенок вот-вот поползет, говорили: «Ищите
хорошего массажиста».Пока шел массаж, были какие-то улучшения, например,
он начинал переворачиваться и пытался садиться с помощь массажиста. Но,
как только курс заканчивался, все улучшения уже через один-два дня исчезали.
Когда к 9 месяцам ребенок даже не пытался переворачиваться, то, услышав
от знакомых историю о благополучном лечении у Е. И, мы пришли в этот центр.
В начале наша реакция была близка к шоковой: кругом много ребятишек, слезы,
доктор пытается что-то объяснять, но ребенок плачет и не понимаешь, что
с ним, от чего это происходит. Первые примерно 2 месяца видимых нам результатов
не было и не было понимания, нужно ли это, или это просто насилие над ребенком.
Но доктор сказал нам: «Ждите, не надо спешить». И только через 3 месяца
мы увидели явный результат – он стал сам переворачиваться. Мы вначале даже
не верили, боялись, что этот прогресс вдруг исчезнет. Но нет, началось
постепенное медленное, но планомерное улучшение. Он стал сидеть – вначале
по 3 минуточки, а потом все больше и больше, до 45 минут,
как разрешил доктор.
Теперь, когда Колю смотрят врачи, которые начинали его лечить, они признают
несомненное улучшение. Но, как они говорят, если бы мы лечились медикаментозно,
это также дало бы результат. Однако, пока мы 9 месяцев
лечились медикаментозно и массажом, вообще никаких улучшений не было.
Мы занимаемся в центре каждый день вот уже около года. В начале мы приезжали
в 10 утра, уезжали в 8 вечера, доктор с нами занимался буквально по 2-3
минуты и в остальное время он спал. В коротком промежутке в середине дня
мы ели, а дома он сразу же засыпал. То есть он очень уставал. Так продолжалось
около двух месяцев. И только потом он перешел на двухразовый сон. Сейчас
он спит раз, полтора-два часа. Дома все время играет, стал живо интересоваться
окружающим миром. Летом доктор поставил Колю в ходунки. Хотя в первый раз
он ходунки воспринял с плачем, потом постепенно понял, что в ходунках он
может добраться везде, куда хочет и начал их активно использовать и на
занятиях и дома. Мы сейчас очень много гуляем в специальной коляске (ее
можно увидеть на фото), хотя мы еще и дома занимаемся – определенное время
в ходунках, определенное время – ползаем, потом гуляем в коляске и успеваем
еще и пообщаться с детишками. Засыпаем в полдесятого и встаем примерно
в полдевятого
Испуга, когда подходит инструктор и слез на занятиях уже почти нет. Инструктора
умеют найти подход к детям, поэтому, даже когда менялся инструктор, особых
переживаний нет. Когда подходит доктор, за ним внимательно наблюдает Коля.
Если Евгений Иванович работает с другими пациентами, но просто ждет. Если
же доктор подходит к нам, то он иногда начитает плакать просто заранее,
в ожидании. Правда потом быстро успокаивается, когда понимает, что ничего
страшного с ним делать не будут.
Понятно, что первая реакция на детский плач у родителей, или, например,
в садике – утешить, приласкать ребенка, прийти ему на помощь. Но здесь
нужна другая позиция: то, что мы делаем, мы делаем во благо ребенка. Конечно,
он этого пока не осознает и, поскольку задать вопрос словами он не может,
то следует плач. Надо идти к осознанию цели нами и ребенком, а не жалеть
его. Конечно, когда мы работаем по группе мышц, которая пока совсем не
развита, это может быть и непривычно, и больно, но это необходимо.
За это год, кроме насморка, никаких болячек не было. Единственное, в первые
недели лечения, как и предупредил доктор, был подъем температуры. Она поднялась
до 38,6 и уже к вечеру упала до 37,3.
*По
просьбе мамы имя мальчика было изменено.
Отправить письмо автору Вы можете по E-mail doctorblum@gmail.ru
